Собирается ли Владимир Путин вводить войска в Украину? Почему он общается с новым украинским президентом и даже – при всех оговорках – поддержал мирный план Порошенко? Будет ли Москва и далее оказывать поддержку засланным в нашу страну диверсионным группам и наемникам на Донбассе?
На все эти вопросы не сложно найти ответ, если понять, какие задачи сегодня решает президент Российской Федерации. Первая из этих задач – это избежать дальнейшей конфронтации с Западом. Дело тут даже не в «третьем уровне санкций», а в том, что за прошедшее со времени крымского аншлюса время на Западе смогли определиться с кругом ограничений, которые не скажутся серьезно на самой западной – прежде всего европейской — экономике, но могут ударить по экономике России. Для Запада крах российского банковского сектора – чепуха. Для России – катастрофа, последствия которой трудно предсказать. А если учесть, что серьезной проблемой являются уже существующие санкции плюс расходы на Крым, превращающийся в «черную дыру» плюс рецессия экономики, то Путину важно не искушать судьбу.
Но не искушать судьбу нужно так, чтобы не прослыть в шовинистически настроенном российском обществе «предателем Донбасса и русских людей». Мы вот часто думаем, что это Путин сделал россиян такими шовинистами и агрессорами. Уверяю вас, нет. Они такими были до него и останутся после. Единственное, что успокаивает Россию – необходимость заняться собой. Поэтому 90-е и были короткой иллюзией нормальности – но при этом случились и две чеченских войны, и война в Приднестровье с участием вице-президента России, и война в Абхазии, и марш-бросок в Приштину, и обещания создать «многополярный мир» с Китаем – и это все при Ельцине, не при Путине. Путин просто прекрасно понимает, от чего его соотечественники теряют рассудок – и блестяще спекулирует их помешательством. Но при этом ему нельзя создать впечатление «предательства» – а значит, необходимо продолжать поддерживать «ополченцев» и не допустить их полного разгрома. И тут мы приходим к третьей задаче Путина.
Он заинтересован в дальнейшей дестабилизации в Украине, потому что никаких других рычагов влияния на Киев уже не осталось. Энергетический рычаг тоже фактически перестал работать на фоне остановки переговоров и появления консолидированной позиции Киева и Брюсселя – чего никогда не было ранее. По сути, Украина все в большей степени становится частью европейского политического и экономического организма, даже не входя в ЕС. Это Путин и хочет поломать с помощью дестабилизации.
Теперь вопрос: а можно ли решить все эти три задачи в комплексе. Нет, нельзя. Рано или поздно придется отказаться хотя бы от одной. У Путина есть возможность создать пропагандисткую иллюзию донбасского урегулирования, уменьшить после этого давление на Киев и избежать экономического краха – хотя проблемы с Крымом, с отношениями с Украиной и с Западом, с газом и уже введенными санкциями никуда не денутся. Но это уже будет следующий тур игры, явно неблагоприятной для Путина, но он в это все равно не верит.
И есть возможность ввести войска на Донбасс, развязав войну и получив новые санкции. Рейтинг будет расти, но по мере увязания российской армии в этой войне и экономического угасания появятся новые проблемы, которые могут привести к краху режима и распаду государства, но Путин и в это не верит. И именно потому, что он не допускает неблагоприятного исхода в случае отказа от одной или двух задач, он будет решать все три, что может привести к еще более ощутимому краху ввиду отсутствия логического решения – впрочем, и в это Путин не верит тоже.
