На фоне нынешних бурных событий незаслуженно ушла на дальний план актуальнейшая тема окончания срока действия договора об ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ). Хотя западные медиа периодически напоминают об этом давно, никаких решений до сих пор не принято. Москва предложила Вашингтону продлить срок действия договора еще на год, но Трамп хочет включить в договор Китай в качестве стороны соглашения, а Пекине делают вид, что их это не касается, поскольку суммарная мощность ядерных зарядов Поднебесной хоть и является впечатляющей и постоянно растет, но ей все равно еще очень далеко до российских и американских показателей.
Тем не менее, в медиа все время звучат призывы немедленно принять решение, поскольку с четверга, 5 февраля 2023 года, мир впервые за долгие десятилетия будет жить в ситуации полнейшего отсутствия каких-либо юридических нормативов, ограничивающий дальнейшее создание и наращивание ядерных потенциалов, хотя их и без того имеется столько, что можно неоднократно уничтожить все живое на планете.
В частности, The Wall Street Journal пишет, что Трамп стоит перед выбором, от которого зависит будущее системы ядерных ограничений между Вашингтоном и Москвой.
Издание напоминает, что срок действия договора об ограничении стратегических вооружений истекает 5 февраля, и пока Белый дом не дал ответа на предложение России о его продлении на год.
Соглашение, подписанное в 2011 году, остается последним действующим договором, ограничивающим стратегические ядерные силы США и России. Он устанавливает потолок в 1550 ядерных боеголовок, а также ограничения на межконтинентальные баллистические ракеты и тяжелые бомбардировщики. Если договор прекратит действие без каких-либо договоренностей, это станет первым случаем за более чем 50 лет, когда ядерные арсеналы двух стран окажутся без формальных ограничений.
В Кремле заявили, что до сих пор не получили ответа на ещё прошлогоднее предложение Путина в течение года соблюдать основные количественные ограничения договора. Трамп позже назвал эту идею «хорошей», однако окончательного решения так и не последовало. В Белом доме лишь сообщили, что президент сам определит дальнейший курс в сфере контроля над вооружениями и сроки его объявления.
В Республиканской партии развернулись споры о том, как поступить. Часть сторонников жесткой линии считает, что отказ от продления даст США свободу для наращивания ядерного потенциала, в том числе с учетом роста арсенала Китая, и усилит позиции Вашингтона в противостоянии с Москвой.
Но сторонники контроля над вооружениями предупреждают, что такой шаг может запустить новую непредсказуемую гонку вооружений и повысить риск ядерной ошибки.
По итогу, сейчас в окружении Трампа сложилось три точки зрения по вопросу о судьбе договора.
Сторонники первой точки зрения предлагают полностью отказаться от сделки и готовиться к конкуренции арсеналов сразу с двумя ядерными державами — Россией и Китаем. По данным Пентагона, ядерный арсенал Китая в 2024 году составлял 600 боеголовок и может превысить 1000 к 2030 году, а к 2035 году приблизиться к уровню США и России.
Вторая точка зрения гласит, что США могли бы согласиться на временное продление ограничений при условии возобновления предусмотренных договором инспекций российских ядерных объектов, к которым РФ перекрыла доступ с 2022 года.
Наконец, третья группа экспертов выступает за принятие предложения Москвы как временной меры, чтобы выиграть время для переговоров о новом, более широком соглашении с участием России и, в перспективе, Китая.
В свою очередь, The Financial Times также напоминает, что эпоха контроля над ядерными арсеналами подходит к концу 5 февраля, поскольку истекает срок действия последнего правового механизма, ограничивающего количество развернутого ядерного оружия в России и США.
Договор СНВ-3, который ограничивает количество боевых ракет и боеголовок в двух крупнейших ядерных арсеналах мира. Перспективы будущих переговоров выглядят мрачными, это потенциально открывает новую эру атомной политики на грани войны между великими державами.
Прекращение действия договора подводит черту под более чем полувековыми попытками Москвы и Вашингтона ограничить свои арсеналы. Эти усилия тянулись от соглашений времён Ричарда Никсона и Леонида Брежнева в 1972 году до переговоров Рональда Рейгана и Михаила Горбачёва в 1985 году в Женеве.
Подписанный в 1991 году, когда Советский Союз распался, договор СНВ-1 наложил первые значительные ограничения на стратегическое ядерное оружие США и России и установил режим инспекций.
После короткого перерыва его сменил новый договор СНВ, подписанный в 2010 году и продленный в 2021 году. Он ограничил количество ядерных боеголовок, развернутых каждой страной, до 1550 — более чем достаточно, чтобы уничтожить друг друга и большую часть мира.
Путин предложил, чтобы обе стороны добровольно продолжали соблюдать текущие ограничения после истечения срока действия договора. Трамп, который назвал это предложение «хорошей идеей», еще не дал официального ответа, но дал понять, что предпочел бы «новое, гораздо более выгодное соглашение» с Россией и Китаем.
«Президент Трамп неоднократно заявлял о необходимости решения проблемы угрозы, которую ядерное оружие представляет для мира, и дал понять, что хотел бы сохранить ограничения на ядерное оружие и вовлечь Китай в переговоры по контролю над вооружениями», — заявил представитель Белого дома.
Обсуждение договора, подписанного в 2010 году во время неудачной «перезагрузки» отношений с Россией тогдашним президентом США Бараком Обамой, сорвалось после того, как Путин отдал приказ о полномасштабном вторжении на Украину в 2022 году. Год спустя Путин приостановил участие России в договоре и намекнул, что Москва может возобновить ядерные испытания.
В прошлом году Трамп приказал Пентагону возобновить ядерные испытания «на равных условиях» с Россией и Китаем. Не было ясно, имел ли он в виду взрывные ядерные испытания или испытания оружия, способного доставлять атомное устройство.
О подробностях московского предложения и решения Трампа о возобновлении ядерных испытаний подробно шла речь в ноябре прошлого года в публикации Интернет-издания «Экономические Новости» под заголовком «Атомные игрушки Путина и Трампа толкают мир к ядерному кошмару».
«Не может быть договора, который был бы лучше, чем общий статус ваших отношений. Поэтому отсутствие договора является отражением того, что происходит» в более широком смысле между США и Россией», – сказал директор проекта «Российские ядерные силы» Павел Подвиг.
Трамп, известный своим непредсказуемым стилем, все еще может в последнюю минуту объявить, что он намерен принять предложение Путина соблюдать ограничения договора еще в течение одного года.
Роуз Геттемюллер, которая была главным переговорщиком США по договору в качестве заместителя государственного секретаря по контролю над вооружениями, сказала, что принять предложение Путина о добровольном продлении — «очевидное решение».
По ее словам, США могут оказаться в более слабом положении, если две страны начнут соревноваться в наращивании числа боеголовок на ракетах и бомбардировщиках.
«Россия может добавлять боеголовки быстрее, чем мы», — отметила она.
Бывший президент Медведев, который вел переговоры с администрацией Обамы по поводу Договора СНВ-3 о сокращении стратегических наступательных вооружений, в конце января заявил, что напряженность вокруг Украины и принципиальные разногласия с Вашингтоном по вопросу контроля над вооружениями делают заключение нового соглашения маловероятным.
«Очевидно, что со стороны США не поступает достаточно позитивных сигналов… Лучше не заключать никакого нового соглашения, чем заключить такое, которое лишь маскирует взаимное недоверие и провоцирует гонку вооружений в других странах», — сказал он.
Хотя Россия соблюдает договор, она продолжает серийное производство новых ядерных вооружений и боеголовок, в то время как США предпочитают модернизировать старые запасы.
Василий Кашин, профессор пропутинской Московской Высшей школы экономики, заявил, что Москва не заинтересована в увеличении своего арсенала, пока она сохраняет стратегический паритет с США.
«Мы довольны текущим положением дел, и наша безопасность уже обеспечена. Зачем нам начинать гонку вооружений и тратить на это дополнительные средства? Нам это не нужно, потому что мы и так имеем преимущество», — сказал Кашин.
Договор СНВ-3 также предусматривал подробный процесс проверки и уведомления, призванный снизить риск возникновения недоразумений, которые могут быстро перерасти в ядерный кризис.
«Реальный опыт применения договоров о контроле над вооружениями заключается в их выполнении, включая инспекции, обмен данными и уведомления, которых было тысячи», — говорит старший научный сотрудник Rand Corporation Сэмюэл Чарап.
Однако процесс инспекций был приостановлен во время пандемии Covid-19, а затем полностью прекращен, когда Путин приостановил участие России в договоре в 2023 году. По словам Подвига, предложение Путина продлить ограничения еще на год будет иметь мало смысла, если Россия не согласится возобновить процесс верификации.
«Ценность Договора СНВ-3 заключалась не в самих ограничениях, а во всей этой системе инспекций, обмена данными и уведомлений. Если бы мы могли получить более высокие потолки, но с сохранением всего этого механизма прозрачности, это было бы хорошим компромиссом… Это требует довольно высокой степени сотрудничества, доверия и взаимного уважения», — говорит Подвиг.
Но недоверие в связи с приостановкой инспекций и войной в Украине усугубляется появлением нового оружия, не охваченного действующим соглашением. Россия разрабатывает передовые системы доставки ядерного оружия, такие как крылатая ракета с ядерной энергетической установкой «Буревестник» и подводный ядерный аппарат «Посейдон», а также гиперзвуковые неядерные системы, включая баллистическую ракету «Орешник».
«Истечение срока действия Договора СНВ-3 на самом деле не связано с самим соглашением. Речь идет о более широкой тенденции недоверия и незаинтересованности в контроле над вооружениями в целом», — сказал заместитель директора проекта по ядерной информации Федерации американских ученых Мэтт Корда.
Трамп также продвигает проект противоракетной обороны «Золотой купол», который Медведев назвал «крайне провокационным». Он заявил, что этот проект «полностью противоречит утверждению, что наступательные и оборонительные стратегические вооружения неразрывно связаны» в преамбуле к Договору СНВ-3.
Стремление Китая создать собственный ядерный арсенал осложнило переговоры по контролю над ядерным оружием. Трамп неоднократно заявлял, что хотел бы привлечь Пекин к ядерному соглашению с Москвой.
На долю США и России приходится 86% мирового запаса этого разрушительного оружия, даже несмотря на то, что в последние годы арсенал Китая удвоился.
«В США довольно широко распространено мнение, что мы должны наращивать вооружения, чтобы ответить Китаю», — сказал Актон.
«Стратегическое командование пришло к выводу, что ему нужна возможность одновременно нацеливаться на российские и китайские ядерные силы», — сказал он, имея в виду боевое командование США, которое контролирует ядерный арсенал страны.
Со своей стороны, Пекин вряд ли будет рассматривать идею контроля над вооружениями, пока не достигнет паритета с США.
«Ядерное оружие Китая — это проблема Трампа, а не наша», — сказал Кашин. – Разговоры о том, что США должны быть такими же сильными, как Россия и Китай вместе взятые, могут вызвать новую гонку вооружений».
Словом, накануне окончания действия договора об ограничении СНВ ситуация остается туманной и не дающей особых надежд на то, что действие ограничений и инспекций будет продлено.